О, поклянись, что веришь без стыда
В Наш вымысел! В слепое безрассудство.
О, женщина, будь вымыслу верна.
Будь страстна, будь беспечна, будь нежна.
Пусть ветер предает тебя безумству.
О, женщина! Будь искренна душой.
Моей не будь, так будь с другим иной.
Будь холодна. Умеренна. Умна.
Но ночь придет, и снова провода
Несут твой голос, страстный до излишка.
О, женщина! О, женщина Моя,
Тобой любуюсь, словно я мальчишка.
И в сновиденье, милое дитя,
Твой бархат испишу чернилами и мёдом:
Навеки. До любви. Я снова у порога.
Я снова у черты. Пером своим по коже
Вожу, как по листу, до слёз твоих, до дрожи.
Бессвязные слова на шее и груди,
Как бурые стихи, как слипшиеся строки.
По коже. По слезам. И опускаюсь в ноги,
Как твой покорный раб. О, Боже! Впереди -
Посмею ли вкусить. Посмею ли писать…
Перо само собою. На высохших губах дерзает рисовать…
На веках. На щеках. На пальцах. Ягодицах.
Я дерзкое перо молю угомониться,
Чернильницу и мёд стараясь развернуть.
Ты дышишь тяжело, и океаном грудь
Бушует, словно шторм безумный поглотил.
Я на ступне твоей бокал изобразил.
И жидкостью хмельной наполнил до краев,
А на ладонях я… нарисовал… ЛЮБОВЬ.